Желание веков
Глава 46. Он преобразился
Эта глава основана на Евангелии от Матфея 17:1—8; от Марка 9:2—8; от Луки 9:28—36
Наступал вечер, когда Иисус призвал к Себе троих учеников — Петра, Иакова и Иоанна и повел их полями по неровной тропинке на безлюдную гору. Весь день Спаситель и Его ученики путешествовали и учили, и восхождение на гору еще сильнее утомило их. Христос облегчал душевные и телесные тяготы многих страдальцев. Он вдыхал жизненную силу в их ослабевшие тела, но Сам, облеченный человеческой плотью, был очень утомлен подъемом в гору так же, как ученики. ЖВ 419.1
Последние лучи заходящего солнца еще освещали вершину горы и золотили тропинку, по которой они шли. Но солнце скрывается, свет в горах и долине быстро меркнет, и одинокие путники тонут в ночной тьме. Окружающий мрак, казалось, был созвучен их печальной жизни, над которой сгущаются тучи. ЖВ 419.2
Ученики не решались спросить Христа, куда Он направляется и с какой целью. Спаситель часто проводил целые ночи в горах, молясь. Для Него, рука Которого сотворила горы и долины, природа — дом и убежище, и Он наслаждается тишиной. Ученики следуют за Христом, но удивляются, почему их Наставник предпринял такое тяжелое восхождение, в то время когда и они устали, и Он Сам нуждается в отдыхе. ЖВ 419.3
Наконец остановившись, Иисус сказал, что они дальше не пойдут. Отойдя немного в сторону, Он, Муж скорбей, с воплем и слезами возносит Свои моления. Он умоляет Отца о поддержке, чтобы перенести испытания за людей. Ему Самому было необходимо с новым упованием опереться на руку Всемогущего, ибо только так Он сможет смело смотреть в будущее. ЖВ 419.4
Из глубины Своего сердца Он возносит молитву об учениках, чтобы в час власти тьмы они не утратили веру. Ночная роса увлажняет Его одежду, но Он не замечает этого. Он не обращает внимания на сгущающийся вокруг Него ночной мрак. Медленно проходят часы. Вначале ученики искренне присоединились к Его молитвам, но спустя какое-то время они, одолеваемые усталостью, уснули. ЖВ 420.1
Иисус рассказал им о Своих страданиях. Он взял их с Собой, чтобы молиться вместе, даже теперь Он молился о них. Спаситель видел печаль Своих учеников и стремился облегчить их горе, уверяя, что вера их не напрасна. Не все — даже из этих двенадцати — смогут получить откровение, которое Он хочет им дать. Только троих, которым предстояло быть свидетелями Его страданий в Гефсимании, Он взял с Собою на гору. Он просит Отца, чтобы Его ученикам была показана слава, которую Он имел у Него прежде сотворения мира; Он просит, чтобы Его царство открылось их глазам и Его ученики были укреплены, чтобы созерцать его. Он молит о том, чтобы, став свидетелями явления Его Божественной славы, они утешались в час наивысших страданий, зная, что Он истинно Сын Божий и что Его позорная смерть — часть плана искупления. ЖВ 420.2
Его молитва услышана. В то время как Он смиренно склонился к каменистой земле, внезапно разверзлось небо, золотые врата Царства Божьего широко раскрылись и небесный свет, окружив образ Спасителя, залил гору. Его Божественность, сияющая сквозь человеческую природу, соединяется со славой, сходящей свыше. Вставший с молитвы Христос озарен Божественным величием. Исчезли душевные муки. Лицо Его сияло, «как солнце», и одежды Его были «белыми как свет» (Матфея 17:2). ЖВ 421.1
Ученики проснулись; они созерцают сияние славы, освещающее гору. Со страхом и изумлением они смотрят на лучезарный образ Господа. Когда они немного свыклись с этим дивным светом, то увидели, что Иисус не один — рядом с Ним находились два небесных существа. Это были Моисей, говоривший с Богом на Синае, и Илия, которому было даровано великое преимущество, данное, кроме него, только еще одному из сынов Адамовых, — никогда не познать смерть. ЖВ 421.2
За пятнадцать столетий до этого Моисей стоял на горе Фасги и созерцал обетованную землю. Но из-за своего греха в Мериве ему не дано было войти туда. Не ему выпала радость ввести Израиль в землю отцов. В его страстной просьбе: «Дай мне перейти и увидеть ту добрую землю, которая за Иорданом, и ту прекрасную гору и Ливан» (Второзаконие 3:25) было отказано. Надежда, которая на протяжении сорока лет освещала мрак скитаний по пустыне, не осуществилась. Его многолетний тяжкий труд и отягощавшие сердце заботы завершились могилой в пустыне. Но Тот, «Кто действующею в нас силою может сделать несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем» (Ефесянам 3:20), ответил на молитву Своего слуги. Да, Моисей оказался во власти смерти, но он не должен был остаться в могиле. Сам Христос вновь вызвал его к жизни. Сатана-искуситель спорил о теле Моисея из-за его греха, но Христос, Спаситель, воскресил его (см. Иуды 9). ЖВ 421.3
На горе преображения Моисей был свидетелем победы Христа над грехом и смертью. Он представлял тех, кто выйдет из могил в воскресение праведных. Илия, который был взят на небо, не увидев смерти, представляя тех, кто будет жить на земле во время Второго пришествия Христа и изменится «вдруг, во мгновение ока, при последней трубе», когда «тленному сему надлежит облечься в нетление, и смертному сему — облечься в бессмертие» (1 Коринфянам 15:51—53). Иисус был озарен небесным светом точно так же, как это произойдет в будущем, когда Он придет во второй раз «не для очищения греха, а для ожидающих Его во спасение» (Евреям 9:28), потому что Он придет «в славе Отца Своего со святыми Ангелами» (Марка 8:38). Обещание Спасителя, данное ученикам, теперь исполнилось. Будущее Царство славы в миниатюре предстало на горе: Христос — царь, Моисей — представитель воскресших святых, Илия — представитель взятых на небо. ЖВ 421.4
Ученики все еще не понимали происходящего. Но они радовались тому, что их терпеливый Учитель, кроткий и смиренный, скитавшийся, подобно беспомощному страннику, тут и там, почтен теми, к кому благоволило Небо. Они решили: Илия сошел, чтобы объявить о царстве Мессии, царство Христа должно в самом скором времени установиться на земле. Они могли навсегда избавиться от воспоминаний, связанных со страхом и разочарованием. Так хотелось остаться здесь, где явилась им слава Божья! Петр восклицает: «Господи! хорошо нам здесь быть; сделаем три кущи: Тебе одну, Моисею одну, и одну Илии». Ученики были убеждены, что Моисей и Илия посланы защитить их Наставника и утвердить Его царскую власть. ЖВ 422.1
Но венцу должен предшествовать крест. Темой их беседы была не торжественная коронация Иисуса, а предстоящая Ему смерть в Иерусалиме. Неся на Себе все немощи человечества, обремененный его скорбями и грехами, Иисус один свершал Свой путь среди людей. Когда приблизился ужас грядущего испытания Спасителя, Он был в духовном одиночестве среди мира, который Его не познал. Даже Его любимые ученики, озабоченные своими сомнениями, бедами и мирскими надеждами, не понимали тайны Его миссии. Он жил в атмосфере любви и небесного общения, но в мире, который был создан Им, Иисус был одинок. И вот Небо послало своих вестников к Иисусу, не ангелов, но людей, перенесших страдания и скорби и могущих сочувствовать Спасителю в испытаниях Его земной жизни. Моисей и Илия были соработниками Христу, они разделяли Его желание спасать людей. Моисей просил за Израиль: «Прости им грех их. А если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал» (Исход 32:32). Пророк Илия тоже знал, что такое одиночество, поскольку он на протяжении трех с половиной лет голода нес на себе бремя ненависти и страданий всего народа. Он один стоял за Бога на горе Кармил; он один бежал в пустыню, охваченный страданием и отчаянием. Эти люди, поставленные превыше любого ангела у трона Царя Небесного, пришли, чтобы беседовать с Иисусом о Его страданиях, утешать Его уверением, что Небо сострадает Ему в Его жизни и смерти. Темой их беседы была надежда мира и спасение каждого человека. ЖВ 422.2
Одолеваемые сном, ученики слышали только часть из того, о чем говорили Христос и посланники Неба. Так как они не молились и не бодрствовали, то не получили того, что Бог хотел бы дать им: познание Христовых страданий и последующую за ними славу. Они потеряли благословение, которое могли бы иметь, если бы шли Его путем — путем самоотречения. Сердца этих учеников оказались невосприимчивыми к вере, они не были способны оценить то сокровище, которым хотело обогатить их Небо. ЖВ 425.1
Но они получили великий свет. Они убедились, что все Небо знает о грехе иудейского народа, отвергшего Христа. Эти ученики получили более ясное понятие о труде Искупителя. Они видели своими глазами и слышали своими ушами то, что было превыше понимания человеческого. Они стали «очевидцами Его величия» (2 Петра 1:16) и поняли, что Иисус действительно является Мессией, о Котором свидетельствовали патриархи и пророки, и что вся Вселенная признаёт Его таковым. ЖВ 425.2
В то время, когда они созерцали происходящее на горе, «облако светлое осенило их; и се, глас из облака глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте». Когда ученики увидели это облако славы, несравненно более яркое, чем то, которое шло впереди колен Израилевых в пустыне, когда они услышали голос Божий, мощь которого заставила трепетать гору, они в страхе упали на землю. Они лежали, не поднимая головы, до тех пор, пока Иисус не приблизился и не коснулся их, рассеяв их страхи Своим знакомым голосом: «Встаньте и не бойтесь». Подняв наконец глаза, они увидели, что небесная слава исчезла, Моисея и Илии нет. Они были на горе одни с Иисусом. ЖВ 425.3
Chapter 46—He Was Transfigured
This chapter is based on Matthew 17:1-8; Mark 9:2-8; Luke 9:28-36.
Evening is drawing on as Jesus calls to His side three of His disciples, Peter, James, and John, and leads them across the fields, and far up a rugged path, to a lonely mountainside. The Saviour and His disciples have spent the day in traveling and teaching, and the mountain climb adds to their weariness. Christ has lifted burdens from mind and body of many sufferers; He has sent the thrill of life through their enfeebled frames; but He also is compassed with humanity, and with His disciples He is wearied with the ascent. DA 419.1
The light of the setting sun still lingers on the mountain top, and gilds with its fading glory the path they are traveling. But soon the light dies out from hill as well as valley, the sun disappears behind the western horizon, and the solitary travelers are wrapped in the darkness of night. The gloom of their surroundings seems in harmony with their sorrowful lives, around which the clouds are gathering and thickening. DA 419.2
The disciples do not venture to ask Christ whither He is going, or for what purpose. He has often spent entire nights in the mountains in prayer. He whose hand formed mountain and valley is at home with nature, and enjoys its quietude. The disciples follow where Christ leads the way; yet they wonder why their Master should lead them up this toilsome ascent when they are weary, and when He too is in need of rest. DA 419.3
Presently Christ tells them that they are now to go no farther. Stepping a little aside from them, the Man of Sorrows pours out His supplications with strong crying and tears. He prays for strength to endure the test in behalf of humanity. He must Himself gain a fresh hold on Omnipotence, for only thus can He contemplate the future. And He pours out His heart longings for His disciples, that in the hour of the power of darkness their faith may not fail. The dew is heavy upon His bowed form, but He heeds it not. The shadows of night gather thickly about Him, but He regards not their gloom. So the hours pass slowly by. At first the disciples unite their prayers with His in sincere devotion; but after a time they are overcome with weariness, and, even while trying to retain their interest in the scene, they fall asleep. Jesus has told them of His sufferings; He has taken them with Him that they might unite with Him in prayer; even now He is praying for them. The Saviour has seen the gloom of His disciples, and has longed to lighten their grief by an assurance that their faith has not been in vain. Not all, even of the twelve, can receive the revelation He desires to give. Only the three who are to witness His anguish in Gethsemane have been chosen to be with Him on the mount. Now the burden of His prayer is that they may be given a manifestation of the glory He had with the Father before the world was, that His kingdom may be revealed to human eyes, and that His disciples may be strengthened to behold it. He pleads that they may witness a manifestation of His divinity that will comfort them in the hour of His supreme agony with the knowledge that He is of a surety the Son of God and that His shameful death is a part of the plan of redemption. DA 419.4
His prayer is heard. While He is bowed in lowliness upon the stony ground, suddenly the heavens open, the golden gates of the city of God are thrown wide, and holy radiance descends upon the mount, enshrouding the Saviour’s form. Divinity from within flashes through humanity, and meets the glory coming from above. Arising from His prostrate position, Christ stands in godlike majesty. The soul agony is gone. His countenance now shines “as the sun,” and His garments are “white as the light.” DA 421.1
The disciples, awaking, behold the flood of glory that illuminates the mount. In fear and amazement they gaze upon the radiant form of their Master. As they become able to endure the wondrous light, they see that Jesus is not alone. Beside Him are two heavenly beings, in close converse with Him. They are Moses, who upon Sinai had talked with God; and Elijah, to whom the high privilege was given—granted to but one other of the sons of Adam—never to come under the power of death. DA 421.2
Upon Mount Pisgah fifteen centuries before, Moses had stood gazing upon the Land of Promise. But because of his sin at Meribah, it was not for him to enter there. Not for him was the joy of leading the host of Israel into the inheritance of their fathers. His agonized entreaty, “I pray Thee, let me go over, and see the good land that is beyond Jordan, that goodly mountain, and Lebanon” (Deuteronomy 3:25), was refused. The hope that for forty years had lighted up the darkness of the desert wanderings must be denied. A wilderness grave was the goal of those years of toil and heart-burdening care. But He who is “able to do exceeding abundantly above all that we ask or think” (Ephesians 3:20), had in this measure answered His servant’s prayer. Moses passed under the dominion of death, but he was not to remain in the tomb. Christ Himself called him forth to life. Satan the tempter had claimed the body of Moses because of his sin; but Christ the Saviour brought him forth from the grave. Jude 9. DA 421.3
Moses upon the mount of transfiguration was a witness to Christ’s victory over sin and death. He represented those who shall come forth from the grave at the resurrection of the just. Elijah, who had been translated to heaven without seeing death, represented those who will be living upon the earth at Christ’s second coming, and who will be “changed, in a moment, in the twinkling of an eye, at the last trump;” when “this mortal must put on immortality,” and “this corruptible must put on incorruption.” 1 Corinthians 15:51-53. Jesus was clothed with the light of heaven, as He will appear when He shall come “the second time without sin unto salvation.” For He will come “in the glory of His Father with the holy angels.” Hebrews 9:28; Mark 8:38. The Saviour’s promise to the disciples was now fulfilled. Upon the mount the future kingdom of glory was represented in miniature,—Christ the King, Moses a representative of the risen saints, and Elijah of the translated ones. DA 421.4
The disciples do not yet comprehend the scene; but they rejoice that the patient Teacher, the meek and lowly One, who has wandered to and fro a helpless stranger, is honored by the favored ones of heaven. They believe that Elijah has come to announce the Messiah’s reign, and that the kingdom of Christ is about to be set up on the earth. The memory of their fear and disappointment they would banish forever. Here, where the glory of God is revealed, they long to tarry. Peter exclaims, “Master, it is good for us to be here: and let us make three tabernacles; one for Thee, and one for Moses, and one for Elias.” The disciples are confident that Moses and Elijah have been sent to protect their Master, and to establish His authority as king. DA 422.1
But before the crown must come the cross. Not the inauguration of Christ as king, but the decease to be accomplished at Jerusalem, is the subject of their conference with Jesus. Bearing the weakness of humanity, and burdened with its sorrow and sin, Jesus walked alone in the midst of men. As the darkness of the coming trial pressed upon Him, He was in loneliness of spirit, in a world that knew Him not. Even His loved disciples, absorbed in their own doubt and sorrow and ambitious hopes, had not comprehended the mystery of His mission. He had dwelt amid the love and fellowship of heaven; but in the world that He had created, He was in solitude. Now heaven had sent its messengers to Jesus; not angels, but men who had endured suffering and sorrow, and who could sympathize with the Saviour in the trial of His earthly life. Moses and Elijah had been colaborers with Christ. They had shared His longing for the salvation of men. Moses had pleaded for Israel: “Yet now, if Thou wilt forgive their sin—; and if not, blot me, I pray Thee, out of Thy book which Thou hast written.” Exodus 32:32. Elijah had known loneliness of spirit, as for three years and a half of famine he had borne the burden of the nation’s hatred and its woe. Alone he had stood for God upon Mount Carmel. Alone he had fled to the desert in anguish and despair. These men, chosen above every angel around the throne, had come to commune with Jesus concerning the scenes of His suffering, and to comfort Him with the assurance of the sympathy of heaven. The hope of the world, the salvation of every human being, was the burden of their interview. DA 422.2
Through being overcome with sleep, the disciples heard little of what passed between Christ and the heavenly messengers. Failing to watch and pray, they had not received that which God desired to give them,—a knowledge of the sufferings of Christ, and the glory that should follow. They lost the blessing that might have been theirs through sharing His self-sacrifice. Slow of heart to believe were these disciples, little appreciative of the treasure with which Heaven sought to enrich them. DA 425.1
Yet they received great light. They were assured that all heaven knew of the sin of the Jewish nation in rejecting Christ. They were given a clearer insight into the work of the Redeemer. They saw with their eyes and heard with their ears things that were beyond the comprehension of man. They were “eyewitnesses of His majesty” (2 Peter 1:16), and they realized that Jesus was indeed the Messiah, to whom patriarchs and prophets had witnessed, and that He was recognized as such by the heavenly universe. DA 425.2
While they were still gazing on the scene upon the mount, “a bright cloud overshadowed them: and behold a voice out of the cloud, which said, This is My beloved Son, in whom I am well pleased; hear ye Him.” As they beheld the cloud of glory, brighter than that which went before the tribes of Israel in the wilderness; as they heard the voice of God speak in awful majesty that caused the mountain to tremble, the disciples fell smitten to the earth. They remained prostrate, their faces hidden, till Jesus came near, and touched them, dispelling their fears with His well-known voice, “Arise, and be not afraid.” Venturing to lift up their eyes, they saw that the heavenly glory had passed away, the forms of Moses and Elijah had disappeared. They were upon the mount, alone with Jesus. DA 425.3